email/логин:
пароль:
Войти>>
Регистрация>>
 
 

Валерий Ганичев:

«Любовь не проходит»

Журнал: №4 (66) 2015 г.

«Виноград» продолжает серию встреч с известными людьми, выдающимися не только своей профессиональной деятельностью, но и семейными отношениями. В этом номере о семье, любви и воспитании в интервью нашему журналу рассказывает известный писатель, доктор исторических наук, председатель Союза писателей Валерий Николаевич ГАНИЧЕВ.

– Вы выросли в атеистическое время, но пришли к вере. Что определило этот шаг?

– Я жил в период широкого атеизма, мои родители были людьми советскими. Я люблю говорить, что мой отец родился на дне моря. Их деревня теперь на дне Рыбинского водохранилища. Семья была крестьянской. Он окончил школу железнодорожников, работал на Николаевской железной дороге, затем оказался на станции Пестово в Ленинградской области, потом был направлен в Сибирь. И свою первую мерцательную сознательную жизнь я помню из Сибири, где мы оказались до войны. Омская область – это гигантская территория. Сначала мы жили в тайге, затем в степной местности. Довоенная Сибирь – несколько суровая, но динамичная. И в эту нашу жизнь церковная жизнь не приходила, хотя чувствования, я могу сказать, были вполне христианскими, но об этом такими словами не говорилось. Вся бытность наша была сопряжена с христианскими добродетелями и правилами поведения.

Последний год войны я жил на Украине, на Полтавщине. Там я узнал и украинский народ, к которому, несмотря на все сложности сегодняшнего дня, отношусь с большим уважением, и саму Украину, ее литературу, песни, украинскую мову, полюбил их на всю жизнь. Именно там я впервые познакомился с какими-то обрядами нашей церкви, так как на Украине оставалось больше храмов, и церковная жизнь сохранялась. Помню, как пели колядки, хорошо помню пасхальные праздники, хотя в нашей семье они и не отмечались. Но по-настоящему к вере я пришел позже, через русскую культуру, русскую историю. Я закончил Киевский университет им. Т. Шевченко, исторический факультет. Ходил в библиотеку, где брал старинные книги, которые мне без особой огласки все же давали читать. Литература нашей веры, нашей церкви постигалась, входила в сознание: моя слабая сторона была в том, что я шел через знание к сердечному пониманию веры.

Моя покойная жена Светлана, напротив, с детских лет, еще в немецкой оккупации на территории Украины, ходила в церковь. В четвертом или пятом классе ей учительница в школе сказала: «Светочка, мы знаем, что ты ходишь в церковь, но только галстук красный снимай». Их отец в 1937 году был арестован и так и не вернулся домой. Ей, самой младшей, было несколько месяцев, когда его забрали. А еще брат и сестра. И тут сила Божественного духа их укрепила, соединила, не дала разрушиться.